Война миров


  12. РАЗРУШЕНИЕ УЭЙБРИДЖА И ШЕППЕРТОНА
  Когда совсем рассвело, мы отошли от окна, откуда наблюдали за
 марсианами, и тихо спустились вниз.
  Артиллерист согласился со мной, что в доме оставаться опасно. Он решил
 идти в сторону Лондона; там он присоединится к своей батарее номер 12
 конной артиллерии. Я же хотел вернуться в Лезерхэд. Потрясенный
 могуществом марсиан, я решил немедля увезти жену в Ньюхэвен, чтобы оттуда
 выехать за границу. Мне было ясно, что окрестности Лондона неизбежно
 станут ареной разрушительной борьбы, прежде чем удастся уничтожить
 чудовища.
  Но на пути к Лезерхэду находился третий цилиндр, охраняемый гигантами.
 Будь я один, я, вероятно, положился бы на свою судьбу и пустился бы
 напрямик. Но артиллерист отговорил меня.
  - Вряд ли вы поможете своей жене, если сделаете ее вдовой, - сказал он.
  В конце концов я согласился идти вместе с ним, под прикрытием леса, к
 северу до Стрит-Кобхема. Оттуда я должен был сделать большой крюк через
 Эпсом, чтобы попасть в Лезерхэд.
  Я хотел отправиться сейчас же, но мой спутник, солдат, был опытнее
 меня. Он заставил меня перерыть весь дом и отыскать флягу, в которую налил
 виски. Мы набили все свои карманы сухарями и ломтями мяса. Потом вышли из
 дому и пустились бегом вниз по размытой дороге, по которой я шел прошлой
 ночью. Дома казались вымершими. На дороге лежали рядом три обуглившихся
 тела, пораженных тепловым лучом. Кое-где валялись брошенные или потерянные
 вещи: часы, туфли, серебряная ложна и другие мелкие предметы. На повороте
 к почтовой конторе лежала на боку со сломанным колесом распряженная
 тележка, нагруженная ящиками и мебелью. Несгораемая касса была, видимо,
 наспех открыта и брошена среди рухляди.
  Дома в этой части не очень пострадали, горела только сторожка приюта.
 Тепловой луч сбрил печные трубы и прошел дальше. Кроме нас, на
 Мэйбэри-Хилле, по-видимому, не было ни души. Большая часть жителей бежала,
 вероятно, к Старому Уокингу по той дороге, по которой я ехал в Лезерхэд,
 или пряталась где-нибудь.
  Мы спустились вниз по дороге, прошли мимо все еще лежавшего там
 намокшего от дождя трупа человека в черном костюме. Вошли в лес у подножия
 холма и добрались до полотна железной дороги, никого не встретив. Лес по
 ту сторону железной дороги казался сплошным буреломом, так как большая
 часть деревьев была повалена и только кое-где зловеще торчали обугленные
 стволы с темно-бурой листвой.
  На нашей стороне огонь только опалил ближайшие деревья и не произвел
 больших опустошений. В одном месте лесорубы, очевидно, работали еще в
 субботу. Деревья, срубленные и свежеочищенные, лежали на просеке среди
 кучи опилок около паровой лесопилки. Рядом стояла пустая лачуга. Все было
 тихо; воздух казался неподвижным. Даже птицы куда-то исчезли. Мы с
 артиллеристом переговаривались шепотом и часто оглядывались по сторонам.
 Иногда мы останавливались и прислушивались.
  Немного погодя мы подошли к дороге и услышали стук копыт: в сторону
 Уокинга медленно ехали три кавалериста. Мы окликнули их, они остановились,
 и мы поспешили к ним. Это были лейтенант и двое рядовых 8-го гусарского
 полка с каким-то прибором вроде теодолита; артиллерист объяснил мне, что
 это гелиограф.
  - Вы первые, кого я встретил на этой дороге за все утро, - сказал
 лейтенант. - Что тут творится?

Страници книги
1| 2| 3| 4| 5| 6| 7| 8| 9| 10| 11| 12| 13| 14| 15| 16| 17| 18| 19| 20| 21| 22| 23| 24| 25| 26| 27| 28| 29| 30| 31| 32| 33| 34| 35| 36| 37| 38| 39| 40| 41| 42| 43| 44| 45| 46| 47| 48| 49| 50| 51| 52| 53| 54| 55| 56| 57| 58| 59| 60| 61| 62| 63| 64| 65| 66| 67| 68| 69| 70| 71| 72| 73| 74| 75| 76| 77| 78| 79| 80| 81| 82| 83| 84| 85| 86| 87| 88| 89| 90| 91