Война миров


 а я лежал, скорчившись, в кустах, истерзанный страхом, прислушиваясь к
 малейшему шороху.
  Мы беседовали на эту тему все утро, потом вылезли из кустов и,
 осмотревшись, нет ли где марсиан, быстро направились к дому на
 Путни-Хилле, где артиллерист устроил свое логово. Это был склад угля при
 доме, и когда я посмотрел, что ему удалось сделать за целую неделю (это
 была нора ярдов в десять длиной, которую он намеревался соединить с
 главной сточной трубой Путни-Хилла), я в первый раз подумал, какая
 пропасть отделяет его мечты от его возможностей. Такую нору я мог бы
 вырыть в один день. Но я все еще верил в него и возился вместе с ним над
 этой норой до полудня. У нас была садовая тачка, и мы свозили вырытую
 землю на кухню. Мы подкрепились банкой консервов - суп из телячьей головы
 - и вином. Упорная, тяжелая работа приносила мне странное облегчение - она
 заставляла забывать о чуждом, жутком мире вокруг нас. Пока мы работали, я
 обдумывал его проект, и у меня начали возникать сомнения; но я усердно
 копал все утро, радуясь, что могу заняться каким-нибудь делом. Проработав
 около часу, я стал высчитывать расстояние до центрального стока и
 соображать, верное ли мы взяли направление. Потом я стал недоумевать:
 зачем, собственно, нам нужно копать длинный туннель, когда можно
 проникнуть в сеть сточных труб через одно из выходных отверстий и оттуда
 рыть проход к дому? Кроме того, мне казалось, что и дом выбран неудачно, -
 слишком длинный нужен туннель. Как раз в этот момент артиллерист перестал
 копать и посмотрел на меня.
  - Надо малость передохнуть... Я думаю, пора пойти понаблюдать с крыши
 дома.
  Я настаивал на продолжении работы; после некоторого колебания он снова
 взялся за лопату. Вдруг мне пришла в голову странная мысль. Я остановился;
 он сразу перестал копать.
  - Почему вы разгуливали по выгону, вместо того чтобы копать? - спросил
 я.
  - Просто хотел освежиться, - ответил он. - Я уже шел назад. Ночью
 безопасней.
  - А как же работа?
  - Нельзя же все время работать, - сказал он, и внезапно я понял, что
 это за человек. Он медлил, держа заступ в руках. - Нужно идти на разведку,
 - сказал он. - Если кто-нибудь подойдет близко, то может услышать, как мы
 копаем, и мы будем застигнуты врасплох.
  Я не стал возражать. Мы полезли на чердак и, стоя да лесенке, смотрели
 в слуховое окно. Марсиан нигде не было видно; мы вылезли на крышу и
 скользнули по черепице вниз, под прикрытие парапета.
  Большая часть Путни-Хилла была скрыта деревьями, но мы увидели внизу
 реку, заросшую красной травой, и равнину Ламбета, красную, залитую водой.
 Красные вьюны карабкались по деревьям вокруг старинного дворца; ветви,
 сухие и мертвые, с блеклыми листьями, торчали среди пучков красной травы.
 Удивительно, что эта трава могла распространяться, только в проточной
 воде. Около нас ее совсем не было. Здесь среди лавров и древовидных
 гортензий росли золотой дождь, розовый боярышник, калина и вечнозеленые
 деревья. Поднимающийся за Кенсингтоном густой дым и голубоватая пелена
 скрывали холмы на севере.
  Артиллерист стал рассказывать мне о людях, оставшихся в Лондоне.
  - На прошлой неделе какие-то сумасшедшие зажгли электричество. По ярко

Страници книги
1| 2| 3| 4| 5| 6| 7| 8| 9| 10| 11| 12| 13| 14| 15| 16| 17| 18| 19| 20| 21| 22| 23| 24| 25| 26| 27| 28| 29| 30| 31| 32| 33| 34| 35| 36| 37| 38| 39| 40| 41| 42| 43| 44| 45| 46| 47| 48| 49| 50| 51| 52| 53| 54| 55| 56| 57| 58| 59| 60| 61| 62| 63| 64| 65| 66| 67| 68| 69| 70| 71| 72| 73| 74| 75| 76| 77| 78| 79| 80| 81| 82| 83| 84| 85| 86| 87| 88| 89| 90| 91