Война миров


 на гребне холма словно для огромного редута, - это было последнее и самое
 большое укрепление, построенное марсианами, и оттуда поднимался к небу
 легкий дымок. Пробежала собака и скрылась. Я чувствовал, что моя догадка
 должна подтвердиться. Уже без всякого страха, дрожа от волнения, я взбежал
 вверх по холму к неподвижному чудовищу. Из-под колпака свисали дряблые
 бурые клочья; их клевали и рвали голодные птицы.
  Еще через минуту я взобрался по насыпи и стоял на гребне вала -
 внутренняя площадка редута была внизу, подо мной. Она была очень обширна,
 с гигантскими машинами, грудой материалов и странными сооружениями. И
 среди этого хаоса на опрокинутых треножниках, на недвижных многоруких
 машинах и прямо на земле лежали марсиане, окоченелые и безмолвные, -
 мертвые! - уничтоженные какой-то пагубной бактерией, к борьбе с которой их
 организм не был приспособлен, уничтоженные так, же, как была потом
 уничтожена красная трава. После того как все средства обороны человечества
 были исчерпаны, пришельцы были истреблены ничтожнейшими тварями, которыми
 премудрый господь населил Землю.
  Все произошло так, как и я, и многие люди могли бы предвидеть, если бы
 ужас и паника не помрачили наш разум. Эти зародыши болезней уже взяли свою
 дань с человечества еще в доисторические времена, взяли дань с наших
 прародителей-животных еще тогда, когда жизнь на Земле только что
 начиналась. Благодаря естественному отбору мы развили в себе способность к
 сопротивлению; мы не уступаем ни одной бактерии без упорной борьбы, а для
 многих из них, как, например, для бактерий, порождающих гниение в мертвой
 материи, наш организм совершенно неуязвим. На Марсе, очевидно, не
 существует бактерий, и как только явившиеся на Землю пришельцы начали
 питаться, наши микроскопические союзники принялись за работу, готовя им
 гибель. Когда я впервые увидел марсиан, они уже были осуждены на смерть,
 они уже медленно умирали и разлагались на ходу. Это было неизбежно.
 Заплатив биллионами жизней, человек купил право жить на Земле, и это право
 принадлежит ему вопреки всем пришельцам. Оно осталось бы за ним, будь
 марсиане даже в десять раз более могущественны. Ибо человек живет и
 умирает не напрасно.
  Всего марсиан было около пятидесяти; они валялись в своей огромной яме,
 пораженные смертью, которая должна была им казаться загадочной. И для меня
 в то время смерть их была непонятна. Я понял, только, что эти чудовища,
 наводившие ужас на людей, мертвы. На минуту мне показалось, что снова
 повторилось поражение Сеннахериба, что господь сжалился над нами и ангел
 смерти поразил их в одну ночь.
  Я стоял, глядя в яму, и сердце у меня забилось от радости, когда
 восходящее солнце осветило окружавший меня мир своими лучами. Яма
 оставалась в тени; мощные машины, такие громадные, сложные и удивительные,
 неземные даже по своей форме, поднимались, точно заколдованные, из сумрака
 навстречу свету. Целая стая собак дралась над трупами, валявшимися в
 глубине ямы. В дальнем конце ее лежала большая, плоская, причудливых
 очертаний летательная машина, на которой они, очевидно, совершали пробные
 полеты в нашей более плотной атмосфере, когда разложение и смерть помешали
 им. Смерть явилась как раз вовремя. Услыхав карканье птиц, я взглянул
 наверх; передо мной был огромный боевой треножник, который никогда больше
 не будет сражаться, красные клочья мяса, с которых капала кровь на
 опрокинутые скамейки на вершине Примроз-Хилла.
  Я повернулся и взглянул вниз, где у подножия холма, окруженного стаей

Страници книги
1| 2| 3| 4| 5| 6| 7| 8| 9| 10| 11| 12| 13| 14| 15| 16| 17| 18| 19| 20| 21| 22| 23| 24| 25| 26| 27| 28| 29| 30| 31| 32| 33| 34| 35| 36| 37| 38| 39| 40| 41| 42| 43| 44| 45| 46| 47| 48| 49| 50| 51| 52| 53| 54| 55| 56| 57| 58| 59| 60| 61| 62| 63| 64| 65| 66| 67| 68| 69| 70| 71| 72| 73| 74| 75| 76| 77| 78| 79| 80| 81| 82| 83| 84| 85| 86| 87| 88| 89| 90| 91